Датский провал: история мусоросжигательного завода в Копенгагене

Наши друзья из «Ноль отходов» написали полную информации статью о мусоросжигательном заводе в Копенгагене, который сейчас активно рекламируют блогеры.

Желающие оправдать необходимость сжигания мусора сместили свой акцент от Швеции (не сработали аргументы) к Копенгагену (там на крыше мусоросжигательного завода горнолыжный склон). Купили рекламу у блоггеров, те радуются, как дети…. Но стоит ли пример Копенгагена подражания? Давайте разбираться!

На крыше — горнолыжный склон, который так хорошо чистит воздух и не образует золу, что нравится блоггерам.

История нового мусоросжигательного завода Amager Bakke, расположенного в северо-восточном Амагере, восходит к 2009 году. Пять муниципалитетов, которые владели 40-летним мусоросжигательным заводом Амагер-Драгер: Фредериксберг, Хвидовре, Копенгаген и Таарнби – обязались построить новый мусоросжигательный завод мощностью 560 000 тонн в год стоимостью 534 млн. евро.

Ожидалось, что новый мусоросжигательный завод будет производить на 20% больше тепла и электроэнергии на тонну сжигаемых отходов, образовывать меньше отходящих газов и снизит загрязнение воздуха более чем на 50% на тонну сожженных отходов в сравнении со старым заводом. Предполагалось также, что завод сможет сжигать биомассу в случае нехватки отходов, что позволит производить климатически нейтральные энергию и тепло и повысить его рентабельность.

Общая мощность нового мусоросжигательного завода 560 000 тонн отходов в год. Он оборудован двумя печами производительностью 30-35 тонн отходов в час. Для сравнения, старый завод имел четыре печи, каждая из которых сжигала 15 тонн отходов в час и общей мощностью 440 000 тонн отходов в год.

Стремясь стать ориентиром устойчивого развития, компания Amager Bakke incinerator изменила свое название на Amager Resource Center (ARC) и обязалась потратить еще 8 миллионов евро на изучение альтернативных технологий. С этой целью рядом с мусоросжигательным заводом был построен новый мусоросортировочный завод с помещением для хранения отходов и их переработки.

крыша

Но реализация проекта началась с проблем.

В январе 2012 года проекту Amager Bakke было отказано в предоставлении муниципалитетом Копенгагена кредитной гарантии в размере 534 млн. евро. Вместо строительства крупного мусоросжигательного завода муниципалитет хотел построить завод меньшей мощности и сосредоточить свою деятельность на переработке отходов и их повторному использованию. Город был особенно обеспокоен тем, что строительство большого мусоросжигательного завода может дать сигнал населению в целом о том, что сжигание материалов, пригодных для вторичной переработки, является приемлемым (наряду с другими проблемами, присущими мусоросжигательному заводу большой мощности).

Несмотря на одобрение трех из пяти муниципалитетов, Копенгаген запросил еще один тендер, предусматривающий строительство предприятия меньшей мощности. Это предложение было отклонено советом директоров Amager Bakke на том основании, что оно не было экономически жизнеспособным. Этот аргумент был сомнительным, учитывая, что проект был почти закрыт из-за недостатка финансирования.

Летом 2012 года в ходе серии секретных переговоров муниципалитет Копенгагена принял решение утвердить планы с незначительными изменениями. Это было сделано несмотря на то, что новый проект обязывал муниципалитет направлять отходы на сжигание в течении 30-40 лет с момента ввода завода в эксплуатацию и подорвал бы его климатический план. Кроме того, стоимость завода оказалась значительно выше аналогичных проектов в Дании. Правда, было решено, что завод не может импортировать отходы для сжигания из других стран.

Почему произошел такой поворот в позиции городского совета Копенгагена? Датская газета Finans предполагает, что ответственность лежит на тогдашнем министре финансов Бьярне Коридоне. Хотя для министров необычно участвовать в местных проектах, избирательным округом Коридоне является город Эсбьерг, где базируются Babcock & Wilcox Vølund – компания, поставляющая печи для мусоросжигательных заводов. Именно благодаря его активному участию в этом деле муниципалитет Копенгагена, в котором исторически сильна партия министра финансов, изменил свое мнение. Его вмешательство привело к одобрению проекта и Babcock & Wilcox избежали потенциальной потери в размере 0,5 млрд евро, несмотря на то, что проект был не жизнеспособным.

Новый мусоросжигательный завод начал работать в 2017 году. Несмотря на то, что он был заявлен как суперсовременная технология сжигания, при его проектировании упустили из виду несколько ключевых моментов, которые с тех пор стали проблемами для завода.

Сначала ошиблись с мощностью завода и он получился огромным. Для его функционирования на полную мощность требуется использование импортных отходов, что запрещено. Однако в 2016 году муниципалитеты, которые владеют Amager Bakke, изменили первоначальное соглашение и разрешили импорт отходов спасая проект от убытков. Первоначальные объемы отходов, которые планировалось сжигать, тоже оказались завышенными, а мероприятия по сокращению образования отходов привели бы завод к банкротству уже через несколько лет. Муниципалитеты были вынуждены скорректировать объем отходов для сжигания с 480 000 до 350 000 тонн в год, несмотря на то, что максимальная мощность мусоросжигательного завода составляет 560 000 тонн. Теперь завод не только сжигает иностранные отходы, но и биомассу. И все для того, что бы хоть как-то спасти его финансовое положение.

А вот и горнолыжный склон

В 2018 году было сожжено около 30 000 тонн отходов из Великобритании. Сторонники завода продолжают оправдывать экологические преимущества импорта отходов, но их аргументы не подтверждаются, поскольку импортируемые отходы — это сухая бумага, пластик, картон и все они подлежат вторичной переработке. Выбросы парниковых газов при этом растут, так как пластик делают из нефти, и когда мы сжигаем пластик, то мы по существу сжигаем ископаемый углерод, который имеет более высокий уровень образования углекислого газа.

Через 10 лет от старта проекта, нескольких спасательных операций и даже вмешательства министра финансов, мусоросжигательный завод продолжает бороться как с финансовыми, так и с техническими проблемами. В 2016 году, например, поставщики печей Babcock & Wilcox Vølund обнаружили брак в своих печах. Последующая задержка привела к многомиллионному убытку для компании, а также для муниципалитетов.

В 2017 году завод был остановлен на 14 дней, когда из-за конструктивной ошибки в компенсаторе, на предприятии не могли регулировать температуру.

В дополнение к этим техническим проблемам, завод не может работать на полную мощность летом, так как будет перепроизводство энергии, которую некуда сбыть. Поэтому летом на нем работает только одна печь.

В итоге получилось, что в Копенгагене теперь есть мусоросжигательный завод, мощность которого в два раза больше необходимой и для спасения которого от финансового краха потребуется ежегодное увеличение импорта иностранных отходов. А учитывая, что он финансируется за счет 30-летнего кредита, именно датские налогоплательщики будут платить за все эти ошибки.

А теперь новость из России: ” 11,7 млрд рублей будет перечислено из бюджета страны корпорации «ВЭБ.РФ», чтобы компенсировать убытки от выдачи кредитов по льготным ставкам фирме «РТ-Инвест» на строительство четырёх мусоросжигательных заводов в Московской области. Таким образом, 29% расходов федерального проекта «Комплексная система обращения с ТКО» уйдёт на субсидирование процентных ставок по займам, которые выделены госбанком. Интересно, что с экспертным сообществом такое решение не обсуждалось. И похоже, появилось в проекте федерального бюджета в последний момент.”

Нет аналогий?

Поделиться в соц. сетях:

Комментирование запрещено